вторник, 27 сентября 2016 г.

ЗАНИМАТЕЛЬНЫЕ РАССКАЗЫ О ПЕТРЕ I

разделители

разделители
Как всякая великая историческая личность, Пётр Первый оставил после себя много занимательных историй, зачастую не зафиксированных в официальных источниках, которые в 18-19 веке именовались историческими анекдотами. Предлагаю вам ознакомиться с некоторыми анекдотами о Петре Великом.

В 1694 году Петр I плыл из Архангельска на небольшом корабле, кормщиком которого был крестьянин Нюхонской волости Антип Панов. Вдруг налетела сильнейшая буря. Все, кто был на корабле, в том числе и бывалые моряки-иностранцы, отчаялись спастись и стали молиться, ожидая неминуемой гибели. Только царь, которому в ту пору было 22 года, и крестьянин-кормщик не испугались. Панов, перекрикивая вой бури, отдавал команды. Петр принялся было с ним спорить, но мужик твердо сказал царю:– Поди прочь, государь! Я лучше тебя знаю, куда править!В конце концов Панов сумел завести корабль в губу, называемую Унские рога, и пристал к берегу возле Петромынского монастыря. Когда опасность миновала, Петр подошел к нему и, поцеловав, поблагодарил за спасение. А сам велел подать себе сухую одежду, а все, что снял с себя, подарил Панову и, сверх того, назначил кормщику пожизненную годовую пенсию.

***********

В числе дворян, отправленных Петром за границу обучаться морским наукам, был некто Спафириев, за которым неотступно следовал дядька-калмык, человек умный и способный.
В Петербурге, по возвращении, был устроен экзамен. Спафириев почти ни на один вопрос не ответил, а что и знал – только по подсказкам дядьки, стоявшего за спиной.
Петр заметил все это и подозвал к себе калмыка.
– Зачем ты здесь?
– Да вот, чтобы помочь своему господину, если тот ошибется.
– Да разве ты что разумеешь?
Тот ответил, каким образом он узнал науки. Царь проэкзаменовал его и остался доволен. И тут же записал дядьку-калмыка мичманом во флот. Барина же под его команду простым матросом.

***********

Во время стрелецкого бунта 1682 года Наталья Кирилловна Нарышкина с близкими скрывалась в подмосковном Троицком монастыре. Но кто-то выдал стрельцам это убежище, и те прибыли туда, чтобы убить молодого царя Петра Алексеевича. Они нашли его с матерью в алтаре церкви. Один из стрельцов уже хотел было зарезать Петра, но товарищи отговорили его, убедив, что убивать в храме – страшный грех. В это время отряд верных бойцов прибыл спасти Нарышкиных, стрельцы разбежались, и Петр уцелел. Однажды, спустя более двадцати лет после этих трагических событий, Петр узнал стрельца, который хотел его зарезать, в одном из матросов во время смотра на Адмиралтейском лугу.

Царь приказал схватить бывшего стрельца к удивлению морского начальства, которые знали этого матроса как прилежного и порядочного человека. Тот бросился в ноги царю и стал умолять его о пощаде. Ему был учинен подробный допрос, и выяснилось, что этот человек давно раскаялся в своем поступке, бежал от бунтовщиков, много лет провел в скитаниях, а затем в Архангельске выдал себя за сибирского крестьянина, записался в матросы, а потом много лет верой и правдой служил своему государю и Отечеству. Сердце Петра было тронуто честным признанием и искренним раскаянием, он простил матроса и даровал ему жизнь, ограничившись ссылкой в дальний гарнизон.

***********

1697 году Петр I заболел так сильно, что многие опасались за его жизнь. Да и сам царь не был уверен в благополучном исходе болезни. А надо заметить, что в ту пору существовал обычай на одре болезни прощать преступников. Это делалось для того, чтобы прощенные молились за здравие своего благодетеля и Бог, услышав их жаркие молитвы, послал бы тому исцеление.
В церквах совершались молебны за здравие государя. Пользуясь случаем, один судья решил попросить у больного аудиенции, чтобы представить к помилованию девять разбойников, приговоренных к смерти.
Петр принял судью и не только выслушал приговоры, но и попросил рассказать о том, за что эти люди приговорены к смерти. Когда судья выполнил просьбу больного, то Петр ужаснулся жестокости содеянного ими и сказал:
— Ты же судья! Подумай, могу ли я простить этих злодеев, преступив через закон и правосудие? Наконец, примет ли Бог их молитвы за мое здравие? Ступай и вели их казнить. Я больше надеюсь на то, что Господь окажет мне милость за мое правосудие, чем за то, что он сохранит мне жизнь за неправедное решение.Приговор был исполнен, а царь Петр вскоре поправился.

*********

После подавления стрелецкого бунта 1698 года одна из женщин, у которой в бунте принимали участие три ее сына и все трое были схвачены, умоляла Петра оставить им жизнь. Петр отказал ей, так как вина их была доказана, а преступления, ими совершенные, карались смертью. И все же несчастная мать вымолила у царя жизнь одного из трех - самого младшего. Царь разрешил ей попрощаться с двумя приговоренными к смерти и забрать из тюрьмы младшего. Мать долго прощалась с сыновьями и, наконец, вышла с помилованным сыном на волю. И когда они уже прошли ворота тюрьмы, ее сын вдруг упал и, ударившись головой о большой камень, умер мгновенно. Петру донесли о случившемся, и он был настолько сильно поражен этим, что впоследствии очень редко миловал преступников, если их вина была достаточна и очевидна.

**********

Зимой на Неве ставились рогатки, чтобы после наступления темноты не пропускать никого ни в город, ни из города. Однажды император Петр I решил сам проверить караулы. Подъехал он к одному часовому, прикинулся подгулявшим купцом и попросил пропустить его, предлагая за пропуск деньги. Часовой отказывался пропускать его, хотя Петр дошел уже до 10 рублей, суммы по тем временам очень значительной. Часовой же, видя такое упорство, пригрозил, что будет вынужден застрелить его.
Петр уехал и направился к другому часовому. Тот же пропустил Петра за 2 рубля.
На следующий день был объявлен приказ по полку: продажного часового повесить, а полученные им рубли просверлить и подвесить ему на шею. Добросовестного же часового произвести в капралы и пожаловать его десятью рублями.

**********

В Лондоне Меншиков познакомил Петра с актрисой Кросс, которая ублажала царя по мере необходимости. Перед отъездом царь послал ей 500 гиней, но Кросс была этим очень недовольна, даже обижена скупостью Российского царя и велела Меншикову сказать об этом Петру. Меншиков исполнил её просьбу, и получил от царя следующий ответ:"Ты, Меньшиков, думаешь, что я такой же мот, как ты! За пятьсот гиней у меня служат старики с усердием и умом, а эта худо служила своим передом!"На что Меньшиков только и смог сказать:"Какова работа, такова и плата".

***********

Однажды Петр I приехал на железоделательный и чугунолитейный завод Вернера Миллера и там пошел в ученики к мастерам кузнечного дела. Вскоре он уже хорошо стал ковать железо и в последний день своей учебы вытянул 18 пудовых полос железа, пометив каждую полосу своим личным клеймом. Окончив работу, царь снял кожаный фартук и пошел к заводчику. - А что, Миллер, сколько получает у тебя кузнец за пуд поштучно вытянутых полос? - По алтыну с пуда, государь. - Так заплати мне 18 алтын, - сказал царь, объяснив, почему и за что именно должен Миллер заплатить ему такие деньги. Миллер открыл конторку и вынул оттуда 18 золотых червонцев. Петр не взял золото, а попросил заплатить ему именно 18 алтын - 54 копейки, как и прочим кузнецам, сделавшим такую же работу. Получив свой заработок, Петр купил себе новые башмаки и потом, показывая их своим гостям, говорил: - Вот башмаки, которые я заработал своими собственными руками. Одна из откованных им полос демонстрировалась на Политехнической выставке в Москве в 1872 году

***********

Однажды Петру I донесли, что в Москве живет очень ловкий стряпчий, прекрасно знающий все законы и даже дающий за деньги советы московским судьям в особо трудных случаях. Петр решил с ним познакомиться, и тот так ему понравился, что царь назначил его судьей в Новгород. Отправляя на место службы нового судью, Петр сказал, что верит в него и надеется, что он будет справедливо судить и ничем себя не запятнает. А между тем вскоре дошло до царя, что его ставленник берет взятки и решает дела в пользу тех, кто подносит ему подарки и деньги. Петр произвел строгую проверку, убедился в виновности судьи и только после этого призвал его к себе. - Что за причина, что ты нарушил данное мне слово и стал взяточником? - спросил он судью. - Мне не хватало твоего жалованья, государь, - ответил судья. - И я, чтобы не залезать в долги, стал брать взятки. - Так сколько же тебе нужно, чтоб ты оставался честным и неподкупным судьей? - спросил Петр. - По крайней мере вдвое против того, сколько получаю я теперь. - Хорошо, - сказал царь, - я прощаю тебя. Ты будешь получать втрое против нынешнего, но если я узнаю, что ты принялся за старое, то я тебя повешу. Судья вернулся в Новгород и несколько лет не брал ни копейки, а потом решил, что царь уже обо всем забыл, и по-прежнему стал брать подношения. Узнав о его новых прегрешениях, Петр призвал виновного к себе, изобличил в содеянном и сказал: - Если ты не сдержал данного мне, твоему государю, слова, то я сдержу свое. И приказал судью повесить.

***********

При начале турецкой войны 1711 года молдавский господарь князь Дмитрий Константинович Кантемир перешел под покровительство Петра I. После неудачного для русских Прутского похода, закончившегося поражением русской армии, турки при заключении мира потребовали выдачи Дмитрия Кантемира. Петр ответил: "Я лучше уступлю земли до самого Курска, нежели соглашусь на это, ибо тогда мне еще останется надежда когда-нибудь снова отвоевать потерянное. Но не сдержать данного слова - значит навсегда потерять веру и верность. Мы имеем своею собственностью одну только честь. Отречься от нее то же самое, что перестать быть государем".

***********

Петр I долго и упорно боролся с раскольниками и в конце концов пришел к выводу, что никаким образом нельзя примирить их с господствующей церковью. Тогда он распорядился, чтоб раскольники носили на спине своих армяков и кафтанов двухцветный продолговатый четырехугольник из красного и желтого сукна. Он надеялся, что такая мера сломит все же их упорство. Но этого не случилось: раскольники безропотно носили свой красно-желтый знак, но от веры праотцев не отступали. Через несколько лет после этого Петр встретил на Петербургской бирже среди русских и иноземных негоциантов несколько купцов с красно-желтым четырехугольником. - Что эти раскольники, честные люди или нет? - спросил Петр у нескольких знакомых ему купцов. - Честные, государь, - отвечали все как один. - Можно им верить? - Можно, государь. - Хорошо, - заключил Петр. - Если они таковы, то пусть веруют, во что хотят. И если их нельзя отвлечь от суеверия рассудком, то, конечно, здесь ни огонь, ни меч помочь не в силах, а мучениками за глупость они быть не заслуживают, да и государству от того не будет никакой пользы.

***********

Петр I, заседая однажды в Сенате и выслушав множество дел о недавно учиненных кражах и мздоимстве, распалился гневом и велел Павлу Ивановичу Ягужинскому немедленно составить указ, что если на украденные деньги можно будет купить веревку, то вора без дальнейшего следствия должно будет тотчас же повесить. Ягужинский взялся было за перо, а потом отложил его в сторону - Пиши, что я тебе приказал, - повторил царь. Тогда Ягужинский сказал Петру - Всемилостивейший государь! Неужели ты хочешь остаться императором без подданных? Все мы воруем, с тем только различием, что один более и приметнее, нежели другой Царь, погруженный в свои мысли, рассмеялся и замолчал.

************

Шведы одержали победу под Нарвой. Русские потеряли множество пушек. Петр I тогда в Новгороде проживал, смотрел, как город окапывают: шведов ждали... Сидит царь под окошком и видит, что перед домом ходит незнакомый человек: по рваному платью судя, посадский, но очень прилежно и без страху ходит перед царскими очами. Послал царь спросить боярина, чего тот человек хочет, а посадский отвечает: хочу-де помочь государеву горю. Ведут человека к царю, спрашивает царь посадского: "Какие у тебя ко мне дела? Только говори короче". - "Всемилостивейший государь, - говорит тот посадский человек, - хочу помочь твоей беде. Знаю, потерял ты пушечный наряд и гадаешь, где достать медь на литье новых пушек". - "То правда, - сказал царь, - но разговор твой без пользы". - "Всемилостивейший государь, пропился я и задолжал, заложился, вели поднести чарку вина, умираю с похмелья, а денег нет ни полушки¦. - "По дерзости судя, он с делом пришел, - сказал царь. - Дать ему чарку". А тот дерзкий человек отвечает: "Вели дать еще чарку для смелости, потому что скажу я чрезвычайное дело¦. - "Томишь! - осердился царь. - Плесните ему еще чарку!" Выпил посадский и говорит: "Теперь стало все яснее и легче. Так слушай: меди у тебя, царь, много. На колокольнях колоколов за сотни лет поднакопилось. Коли швед придет, он те колокола снимет да увезет - так он в лихое время уже здесь делал. Снимем-ка, царь, колокола сами, отольем пушки, врага одолеем: Бог сильных любит, а когда возьмем у шведа пушки, Богу колокола вернем". Так и сделали.

***********

Турецкий султан хвастал перед Петром I, что у его бойцов несметная сила. И достал султан из кармана шаровар пригоршню мака: - Попробуй-ка, сосчитай, сколько у меня войска. Петр пошарил у себя в пустом кармане, достает одно-единственное зернышко перцу да и говорит: - Мое войско не велико, А попробуй раскуси-ка, Так узнаешь, каково. Против мака твоего.

***********

Петр Первый, рассказывают, в простой одежде ходил неузнанным по городу и беседовал с простыми людьми. Как-то вечером в кабаке пил он пиво с солдатом, а солдат за выпивку заложил свой палаш (прямая тяжелая сабля). На недоумение "Петра Михайлова" солдат объяснил: мол, пока вложу в ножны деревянный палаш, а с жалованья выкуплю. Наутро в полку - царский смотр! Царь приехал в полк! Прошел по рядам, узнал хитреца, остановился и приказывает: "Руби меня палашом!" Солдат онемел, головой отрицательно мотает. Царь голос возвысил: "Руби! Не то сей секунд тебя повесят за небрежение приказом!" Делать нечего. Солдат схватился за деревянный эфес, проорал: "Господи Боже, обрати грозное оружие в древо!" - и рубанул. Только щепки полетели!

Полк ахнул, полковой поп молится: "Чудо, чудо Бог даровал!" Царь подкрутил ус, вполголоса сказал солдату: "Находчив, сволочь!" - и громко полковому командиру: "За нечищены ножны пять суток гауптвахты! А после направить в штурманскую школу."

***********

Петр I во время поездки за границу в 1716-1717 годах собрал при помощи художника и искусствоведа Кселя хорошую коллекцию старых голландских мастеров: Рубенса, Ван Дейка, Рембрандта и других. В это же время Петр приказал послать в Италию Ивана Никитича Никитина (1690-1742), раньше учившегося живописи в Петербурге, для совершенствования в живописном мастерстве. Никитин три года проучился в Венеции и Флоренции и в 1719 году вернулся в Петербург, привезя с собой несколько своих картин.
Петр I, узнав о возвращении художника на родину, зашел к нему в мастерскую и, осмотрев его картины, спросил:
- Ну, Никитин, что же ты еще писать будешь?
- Ничего не буду писать, государь.
- Это отчего же?
- Пробовал продать хотя бы одну картину, никто и рубля не дает, - ответил Никитин.
Петр задумался ненадолго, а потом сказал:
- Приходи-ка завтра на ассамблею к Меншикову да принеси с собой все, что захочешь продать.
Никитин пришел, и по приказу царя один из шутов устроил аукцион, причем, как он ни старался, за первые восемь картин сумел выручить всего сорок девять рублей.
Девятой, предпоследней картиной оказалась "Рождественская ночь" - копия с известного полотна Корреджо. Высшую цену за нее дал богатый петербургский подрядчик Семен Степанович Крюков, производивший казенные работы и в том числе взявший подряд на строительство одного из столичных каналов.
Шут уже дважды ударил тростью, как вдруг раздался голос Петра:
- Триста рублей!
После многократного торга Крюков купил картину за пять тысяч рублей.
Когда же петровские вельможи Головин, Апраксин и Меншиков попытались торговаться и дальше, Петр сказал:
- А на вас, господа, много казенных недоимок. И лучше внесите-ка вы эти тысячи в казну.
А Крюкову Петр сказал:
- Спасибо, брат Семен. Из любви ко мне ты сделал то, что за границей делают из любви к искусству. Со временем то же будет и у нас, в России. А я тебя не забуду и велю твоим именем назвать тот канал, что ты прорыл.
Так в Петербурге появился Крюков канал и название свое сохранил до наших дней.

***********

Петр I часто обедал в доме у своего повара Фильтена с кем-либо из приближенных и всегда платил за обед червонец, приглашая тем самым и своих спутников сделать то же самое. И все они, подражая царю, платили за обед по одному червонцу каждый. У Фильтена была большая семья, а он был честен и очень вкусно готовил, и потому Петр, таким образом, просто-напросто помогал ему жить в достатке.

***********

Петр I, посещая Олонец, лечился там минеральными источниками, но, видя, что лечение идет медленно, сказал как-то одному из сопровождавших его врачей:
- Врачую тело водами, а подданных собственными примерами. И в том и в другом вижу исцеление весьма медленное, однако же, полагаясь на Бога, уповаю на то, что все решит время.

***********

– Меня царь послал за важным делом, – убеждал солдата обер-комендант.
– Ничего не знаю, а знаю только одно, что не велено никого пускать, а не отойдешь – я тебя застрелю.
Делать нечего: генерал-адъютант вернулся и доложил Петру о своей неудаче.
Услышав эту историю, государь лично, как был в простом кафтане, без всяких отличий, отправился в крепость. Но и ему путь преградил неумолимый часовой.
– Господин часовой, пусти меня, – просит его царь.
– Не пущу.
– Я тебя прошу.
– Не пущу и не проси.
– Я приказываю.
– А я не слушаю.
– Да ты что, не узнаешь меня?
– Нет, не узнаю.
– Я государь твой!
– Не знаю, а я знаю то одно, что он же приказал никого не пускать.
– Да мне нужда есть.
– Ничего я слышать не хочу.
– Бог даровал мне сына, и я спешу обрадовать народ пушечными выстрелами.
– Наследника? Полно, правда ли?
– Правда, правда!
– Ну, коли так, то пусть хоть расстреляют! Иди и сегодня же обрадуй народ сею вестью!
Государь приказал коменданту сто одним выстрелом известить столицу о рождении сына; затем поспешил в собор, где поблагодарил Бога за милость. Но не забыл царь и честного солдата: он пожаловал его сержантом и десятью рублями.

***********

Петр Великий при всяком случае старался подавать подданным своим пример строгого соблюдения законов. Он имел почтение к божественным заповедям; в уголовных же делах был неумолим, особенно в отношении убийц. Государь обыкновенно говаривал, что невинно пролитая кровь вопиет об отмщении, и оставленное без наказания кровопролитие тяготит землю. Одна из фрейлин императрицы, госпожа Гамильтон, вела распутную жизнь и два раза тайно освобождалась от беременности. Но однажды умерщвленный ею младенец был найден. По царскому повелению она была взята под стражу и призналась не только в этом, но и в двух прежних убийствах, за что судом приговорена была к смерти. Петр Великий подписал приговор, хотя многие за нее просили, да и сам царь прежде был к ней расположен. В приговоре говорилось: «Великий государь… Петр Алексеевич, будучи в канцелярии Тайных розыскных дел, слушав вышеписанного дела и выписки, указал: девку Марью Гамонтову, что она с Иваном Орловым жила блудно и была от того брюхата трижды и двух ребенков лекарствами из себя вытравила, а третьего удавила и отбросила, за такое ее душегубство, также она же у царицы государыни Екатерины Алексеевны крала алмазные вещи и золотые, в чем она с розысков повинилась, казнить смертию». Наступил день, назначенный для казни. Несчастная преступница до самого конца надеялась умилостивить государя. Она оделась на казнь в белое шелковое платье с черными лентами и, когда у эшафота появился царь, бросилась ему в ноги. Но император был непреклонен:
– Без нарушения божественных и государственных законов, не могу я спасти тебя от смерти. И так, прими казнь и верь, что Бог простит тебя в грехах твоих; помолись только ему с раскаянием и верою. Но обещаю, что рука палача тебя не коснется, – сказал несчастной Петр и тут же что-то шепнул палачу.
А в то время палачи часто рвали на жертвах одежду и швыряли ее на плаху. Фрейлина встала на колени, помолилась, и после этого палач одним махом срубил ей голову. Таким образом царь исполнил свое обещание.
Современники оценили такую смерть как милость, потому что, согласно Уложению 1649 года, детоубийц в то время живыми закапывали в землю по грудь и оставляли на мучительную смерть.

***********

Однажды Петр на своей яхте из-за штиля целый день простоял в Финском заливе между Петербургом и Кронштадтом. После обеда он по обыкновению лег спать в своей каюте. Сопровождавшие его офицеры: инженер-капитан барон Лубрас, лейб-хирург Лесток и еще два других офицера – в это время на палубе играли в карты и вели себя при этом так шумно, что царь проснулся. Услышав, что Петр поднимается на палубу, все офицеры разбежались. Петр вышел на палубу, но никого не увидел, кроме маленького арапчонка, который, ничего не опасаясь, сидел на лестнице. Царь схватил его за волосы, побил канатом и сделал внушение:
– Когда я сплю, так ты сиди смирно и не мешай мне спать!
После чего государь вернулся в свою каюту и опять заснул, а мальчик стал горько плакать. Тут на палубу вернулись офицеры, велели мальчишке перестать плакать, пригрозив, что еще его поколотят. Через час выспавшийся и повеселевший Петр вышел на палубу и увидел там офицеров-картежников и плачущего арапчонка. Петр спросил у мальчика, почему он еще плачет? Мальчик ответил:
– Плачу о том, что ты меня побил напрасно. Я сидел на лестнице и с места не трогался, а шумели и мешали тебе почивать Лубрас и Лесток.
Петр ответил:
– Хорошо, если ты теперь невинно претерпел побои, так они тебе впредь зачтутся, когда ты будешь виноват.
Через несколько дней арапчонок так рассердил государя, что тот схватил его за волосы и хотел поколотить. Мальчик упал на колени и запричитал:
– Помилуй, Государь, Бога ради, помилуй! Ваше величество приказали мне напомнить, что вы недавно побили меня напрасно и обещали зачесть эти побои при случае!
Петр рассмеялся:
– Правда, я это помню. Встань, я теперь прощаю тебя, ты наперед уже был побит.

***********

Петр Алексеевич часто бывал за границей и хорошо знал свойства разных наций. Поэтому, принимая иностранцев на русскую службу, он определял им жалованье «по национальному признаку», а не только по способностям кандидата. По этому поводу Петр говорил так: «Французу всегда можно давать больше жалованья; он весельчак и все, что получает, проживает здесь. Немцу также должно давать не менее, ибо он любит хорошо поесть и попить, и у него мало из заслуженного остается. Англичанину надо давать еще более; он любит хорошо жить, хотя бы должен был и из собственного имения прибавлять к жалованью. Но голландцам надо давать менее, ибо они едва досыта наедаются для того, чтобы собрать больше денег. Итальянцам еще менее, потому что они обыкновенно бывают умеренны, и у них всегда остаются деньги; да они и не стараются скрывать, что для того только служат в чужих землях и живут бережливо, чтобы накопить денег и после спокойно проживать их в раю своем, в Италии, где в деньгах недостаток».
ИСТОЧНИК
разделители

Комментариев нет:

Отправить комментарий